В процессе очередного самокопания задумался: а чего я добьюсь, если стану лучше? Я пытаюсь. При этом сознавая, что до уровне светлых стражей в Буслаеве мне ой как дщалеко.
Так нафига? Потому что надо. Кому, мне? Зачем? Вот зачем мне это так надо? Чтобы было чем гордиться, вот я такой хороший и правильный?
Это ведь не требования закона чести. Его я и так не нарушаю.
Потому что если я стану лучше, то окружающие будут меня любить? Нет. Никто меня любить не будет. А близкие и так со мной, так зачем мне что-то еще?
Может, просто для того, чтобы меня перестала мучить совесть за все неправедные поступки? Так она у меня чрезмерно активная, мне кажется плохим почти любой поступок, где у меня есть личная выгода.

С другой стороны, не могу же я оставить все как есть. Эгоизм, зависть, лицемерие - все это должно искореняться, раз я осуждаю других, то и у меня быть не должно. Вот только страх я победить не могу. Страх и маниакальное желание быть нужным и не мешать при этом.

Сейчас меня запоздало начала мучить совесть на тему среды. Потому что мне было жутко приятно, что Рейнард остался со мной на остановке, пока я ждала автобуса. А то, что он простужен и стоять на морозе эти чертовы десять минут ему все-таки не следует, я напрочь упустила из виду, слишком уж интересно было его слушать. Надеюсь, он хоть не очень замерз тогда.

Мне вот говорят, я себя не люблю. А как можно себя любить? Чувствую себя Жульеном - тоже себя не люблю и "Я в депрессии. Я всегда в депрессии".
Почему-то других любить проще. У них можно любить даже недостатки, к друзьям вообще придираюсь куда меньше, чем к себе. "Он же хороший!" И вообще, мое! Да, я такой вот собственник. И цепляюсь как репей. Мое. Люблю. Кто обидит - убью.